Версия для печати
Журнал международного права и международных отношений. 2016. № 1-2 (76-77). С. 5—11.
Journal of International Law and International Relations. 2016. N 1-2 (76-77). P. 5—11.

международное право — международное частное право

Коллизионное регулирование гражданско-правового статуса физических лиц в Республике Беларусь (общие вопросы)

Наталья Маскаева

Автор:
Маскаева Наталья Геннадьевна — кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры международного частного и европейского права факультета международных отношений Белорусского государственного университета, e-mail: maskayeva_nat@mail.ru
Белорусский государственный университет. Адрес: 4, пр. Независимости, Минск, 220030, БЕЛАРУСЬ

Рецензенты:
Анцух Наталья Сергеевна — кандидат юридических наук, доцент кафедры международного частного и европейского права факультета международных отношений Белорусского государственного университета
Барбук Алексей Владимирович — кандидат юридических наук, начальник управления международных договоров главного договорно-правового управления Министерства иностранных дел Республики Беларусь

Статья посвящена анализу коллизионных норм Гражданского кодекса и международных договоров Республики Беларусь, касающихся общих вопросов гражданско-правового статуса физических лиц. С целью устранения пробелов и иных недостатков их законодательного регулирования предлагается внести в указанный Кодекс ряд изменений относительно личного закона бипатридов, обладающих гражданством Республики Беларусь и гражданством одного или нескольких иностранных государств, и апатридов, не имеющих страны постоянного проживания, а также разъяснить в постановлении Пленума Верховного Суда Республики Беларусь, как соотносятся статьи 1106 и 1115 Гражданского кодекса Республики Беларусь.

Ключевые слова: дееспособность, коллизионная норма, личный закон физического лица, правоспособность, право физических лиц на имя, признание физических лиц безвестно отсутствующими и объявление их умершими.


«Conflict-of-law Regulation of the Civil Status of Individuals in the Republic of Belarus (General Issues)» (Natalia Maskayeva)

The article is dedicated to the analysis of the conflict-of-law rules of the Civil Code and the international treaties of the Republic of Belarus related to general issues of the civil status of individuals. In order to eliminate the gaps and other deficiencies of their legal regulation, it is proposed to introduce some changes to the above-mentioned Code pertaining to lex personalis of bipatrides with the Belarusian citizenship and citizenship of one or more foreign states and of apatrides having no country of permanent residence, as well as to clarify the correlation of Articles 1106 and 1115 of the Civil Code in the Resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Republic of Belarus.

Keywords: active legal capacity, conflict-of-law rule, declaring persons missing and dead, passive legal capacity, personal law of an individual, the right of individuals to a name.

Author:
Maskayeva Natalia — Candidate of Law (PhD), senior lecturer of the Department of International Private and European Law of the Faculty of International Relations, Belarusian State University, e-mail: maskayeva_nat@mail.ru
Belarusian State University. Address: 4, Nezavisimosti ave., 220030, Minsk, BELARUS


Интенсификация глобализации, рост трансграничной мобильности физических лиц обусловливает необходимость определения их гражданско-правового статуса в различных государствах, в том числе в Республике Беларусь, чему служат не только материальные, но и коллизионные нормы.

К общим вопросам гражданско-правового статуса физических лиц в международном частном праве относятся вопросы их правоспособности и дееспособности, признания физических лиц безвестно отсутствующими и умершими, а также права физических лиц на имя. В работах российских ученых (в частности, Е. Г. Бельковой [1], М. М. Богуславского [2], Г. К. Дмитриевой [3], И. В. Гетьман-Павловой [4], Л. Ю. Михеевой [7], В. В. Григорьева [8], Д. С. Упорова [19], Н. И. Марышевой [20], В. В. Новикова [26], В. Л. Толстых [34]), как правило, подробно освещается коллизионная и материальная регламентация данных вопросов в отечественном праве, а анализу зарубежного опыта, включая Республику Беларусь, уделено недостаточно внимания. Белорусские ученые (В. С. Каменков [18], В. В. Подгруша [30] и др.) рассматривают лишь соответствующие коллизионные нормы Гражданского кодекса Республики Беларусь от 7 декабря 1998 г. (далее — ГК Республики Беларусь) [5], в то время как нормы международных договоров в данной сфере ими не анализируются. В связи с этим проведение исследования национально- и международно-правового коллизионного регулирования общих вопросов гражданско-правового статуса физических лиц в Республике Беларусь представляется актуальным.

Целью настоящей статьи является выявление и решение проблем теоретического и практического характера в рассматриваемой области и формулирование предложений по совершенствованию белорусского законодательства.

1. Коллизионное регулирование вопросов правоспособности и дееспособности физических лиц. Согласно закрепленной в пункте 1 статьи 1104 ГК Республики Беларусь двусторонней коллизионной норме правоспособность и дееспособность физического лица определяются его личным законом. Комментируя аналогичные положения, содержащиеся в статье 1196 и пункте 1 статьи 1197 Гражданского кодекса Российской Федерации от 26 ноября 2001 г. [6], российские ученые М. М. Богуславский, С. И. Крупко и Л. Ю. Михеева отмечают, что сфера действия применимого в данном случае права охватывает вопросы возникновения и прекращения правоспособности, ее содержания, приобретения дееспособности и ее объема, восполнения дееспособности, «влияния на дееспособность юридических фактов по изменению пола, гражданства и места жительства» [7, с. 14] и др. Полагаем, что не подпадают под нее касающиеся правоспособности и дееспособности вопросы, относительно которых в ГК Республики Беларусь предусмотрено отдельное коллизионное регулирование, например вопросы признания физического лица недееспособным или ограниченно дееспособным (п. 5 ст. 1104 ГК Республики Беларусь).

Содержание понятия «личный закон» дифференцировано в статье 1103 ГК Республики Беларусь в зависимости от того, о какой категории физических лиц идет речь. Так, пункт 1 указанной статьи содержит разъяснения относительно личного закона граждан (подданных) какого-либо одного государства и лиц с двойным или множественным гражданством.

В отношении первой категории субъектов установлено, что их личным законом считается право страны, гражданство (подданство) которой они имеют. Выбор белорусского законодателя в данной ситуации в пользу lex patriae можно объяснить несколькими факторами. В частности, гражданство (подданство) представляет собой объективную и достаточно стабильную связь лица с определенным государством, что служит препятствием обходу закона. Кроме того, установление гражданства (подданства) не сопряжено со значительными сложностями. В качестве наличия доказательств принадлежности лица к гражданству (подданству) того или иного иностранного государства могут выступать официальные окументы, содержащие указание на гражданство (подданство). Так, например, согласно пункту 45 Положения о порядке рассмотрения вопросов гражданства Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 1325, наличие гражданства Российской Федерации удостоверяется паспортом гражданина Российской Федерации, в том числе заграничным, дипломатическим, служебным паспортом; удостоверением личности (военным билетом) военнослужащего с вкладышем, свидетельствующим о наличии гражданства Российской Федерации; свидетельством о рождении с отметкой, подтверждающей наличие гражданства Российской Федерации, проставленной должностным лицом полномочного органа; свидетельством о рождении, в которое внесены сведения о гражданстве Российской Федерации родителей, одного из родителей или единственного родителя; свидетельством о рождении с отметкой, подтверждающей наличие гражданства Российской Федерации, проставленной должностным лицом полномочного органа [27]. Следует иметь в виду, что при отсутствии у лица доказательств его принадлежности к гражданству (подданству) иностранного государства оно, согласно абзацу 11 статьи 1 Закона Республики Беларусь от 4 января 2010 г. «О правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства в Республике Беларусь» [29] и части 2 статьи 9 Закона Республики Беларусь от 1 августа 2002 г. «О гражданстве Республики Беларусь» [28], считается в Республике Беларусь лицом без гражданства, соответственно, его личный закон в силу невозможности обращения к lex patriae будет определяться иным образом (об этом будет сказано ниже).

Личным законом лиц с двойным или множественным гражданством по общему правилу считается право страны, с которой лицо наиболее тесно связано. Вместе с тем, если лицо с множественным гражданством обладает наряду с гражданством двух или более иностранных государств гражданством Республики Беларусь, его личным законом считается право Республики Беларусь.

В соответствии с частью 1 статьи 11 Закона Республики Беларусь «О гражданстве Республики Беларусь» за лицом, являющимся гражданином Республики Беларусь, не признается принадлежность к гражданству иностранного государства, если иное не предусмотрено международными договорами [28]. Таким образом, поскольку данные лица не рассматриваются белорусским законодателем в качестве иностранных граждан, вопросы их правового статуса в Республике Беларусь, на наш взгляд, не должны разрешаться в соответствии с правом иностранного государства. В данной связи пункт 1 статьи 1103 ГК Республики Беларусь нуждается в изменении. Отметим, что заинтересованность в применении к лицам, имеющим несколько гражданств, своего национального права путем закрепления односторонних коллизионных норм, устанавливающих для этих лиц отечественный правопорядок, проявляется многими государствами [25]. Среди них — Россия (п. 2 ст. 1195 Гражданского кодекса Российской Федерации [6]), Япония (п. 1 ст. 28 Закона Японии «Об общих правилах применения права» [35]), Тунис (ч. 3 ст. 39 Кодекса Тунисской Республики о международном частном праве [36], Турция (п. b) ст. 4 Закона Турецкой Республики от 27 ноября 2007 г. «О международном частном и процессуальном праве» [37]), Корея (п. 1 ст. 3 Закона Республики Корея «О международном частном праве» от 7 апреля 2001 г. [38])) и др.

Согласно пункту 2 статьи 1103 ГК Республики Беларусь, личным законом лица без гражданства считается право страны, в которой это лицо постоянно проживает. Н. И. Марышева справедливо утверждает, что отсылка к данному праву выражает наиболее стабильный и устойчивый признак связи такого лица с территорией того или иного государства [см.: 20]. В законодательстве Республики Беларусь понятие страны постоянного проживания не раскрывается. Экономический суд Содружества Независимых Государств в своем решении от 15 января 2002 г. № 01-1/3-2001 указал, что в доктрине международного частного права под местом постоянного жительства понимается «место средоточия жизненных связей лица, центр его существования». Как следует из данного решения, установление того, является ли место жительства гражданина в том или ином государстве местом его постоянного жительства, должно осуществляться на основе выяснения всех обстоятельств, характеризующих его как место «средоточения его жизненных связей» (постоянная работа, длительность проживания, наличие вида на жительство и т. д.) [32]. Использование подобного подхода, по сравнению с формальным, предполагающим определение страны постоянного проживания лица на основе какого-либо одного критерия (в том числе закрепленного в законодательстве), на наш взгляд, позволяет наиболее объективно установить государство, на территории которого лицо фактически постоянно проживает. (Так, в качестве примера В. Л. Толстых приводит возможное закрепление в законодательстве какого-либо срока, на протяжении которого проживание лица в том или ином государстве должно признаваться постоянным. В качестве весомых аргументов против такого решения он указывает, что «существуют ситуации, когда лицо нигде постоянно не проживает в течение этого периода или когда строгое применение этого критерия нарушит традиционный принцип связи отношения и государства» [34, с. 396].)

Как видно, рассматриваемая норма не содержит ответа на вопрос о том, что понимать под личным законом апатридов, не имеющих страны постоянного проживания. Это означает, что их правоспособность и дееспособность по общему правилу должны определяться на основании закрепленного в пункте 3 статьи 1093 ГК Республики Беларусь резервного коллизионного правила — «закона наиболее тесной связи». К сожалению, в законодательстве Республики Беларусь не закреплены критерии, позволяющие устанавливать наличие данной связи. Не выработаны они и правоприменительной практикой. В данной связи реализация как пункта 2 статьи 1103, так и иных норм ГК Республики Беларусь, оперирующих lex connectionis fermitatis, представляет для правоприменителя довольно сложную задачу, ведет к непредсказуемости выбора применимого права, а также не способствует единообразию правоприменительной практики. Отметим, что некоторые иностранные государства по-иному регулируют вопрос определения личного закона указанных субъектов. Так, согласно пункту 3 статьи 16 Закона Украины от 23 июня 2005 г. «О международном частном праве», в случае отсутствия у лица без гражданства страны местожительства его личным законом является право государства, в котором данное лицо пребывает [31]. Представляется, что данный подход может быть заимствован белорусским законодателем.

Пунктом 3 статьи 1103 ГК Республики Беларусь предусмотрено, что личным законом беженца считается право страны, предоставившей убежище. Данная норма «отражает тот факт, что в силу особых обстоятельств, при которых беженцы были вынуждены покинуть страну своего гражданства или постоянного проживания, их связь с данной страной утрачивается и определяющим для правового положения беженцев в целом становится право принявшей их страны» [21].

Следует иметь в виду, что содержащаяся в пункте 1 статьи 1104 ГК Республики Беларусь коллизионная привязка lex personalis выступает в качестве общего правила, из которого имеются изъятия.

Так, к гражданской дееспособности физического лица в отношении сделок, совершаемых в Республике Беларусь, и обязательств, возникающих вследствие причинения вреда в Республике Беларусь, подлежит применению законодательство Республики Беларусь (lex loci actus) (п. 3 ст. 1104 ГК Республики Беларусь).

Кроме того, к способности физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, быть индивидуальным предпринимателем и иметь связанные с этим права и обязанности по общему правилу применяется право страны его регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. При отсутствии страны регистрации применяется право страны основного места осуществления данным лицом индивидуальной предпринимательской деятельности (п. 3 ст. 1104 ГК Республики Беларусь). Как верно отмечает в отношении данной нормы известный белорусский ученый В. В. Подгруша, «отсутствие страны регистрации может быть обусловлено не только отсутствием предписаний об обязательной регистрации, но и осуществлением предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя без регистрации при наличии в законодательстве требования об обязательной регистрации» [30]. Содержащаяся в указанном пункте субсидиарная коллизионная привязка должна, на наш взгляд, применяться в обеих ситуациях.

В пунктах 1 и 2 статьи 23 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. (далее — Минская конвенция) [23] и в пунктах 1 и 2 статьи 26 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 7 октября 2002 г. (далее — Кишиневская конвенция) [24] в отношении дееспособности физических лиц в качестве генеральной закреплена коллизионная привязка «закон страны гражданства», в качестве субсидиарной (применяется только в случае отсутствия у физического лица гражданства какого-либо государства-участника, т. е. для определения дееспособности апатридов, постоянно проживающих на территории государства-участника) — «закон страны постоянного места жительства». В обеих конвенциях отсутствует коллизионное регулирование правоспособности физических лиц, дееспособности иностранцев, не обладающих гражданством ни одного из государств-участников, а также лиц без гражданства, которые не имеют ни в одном из государств-участников постоянного места жительства. Поэтому определение права, применимого к данным вопросам, должно осуществляться на основании коллизионных норм, закрепленных в актах законодательства указанных государств.

Соглашением о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности от 20 марта 1992 г., предусмотрено, что гражданская правоспособность и дееспособность предпринимателей определяется по законодательству государства — участника Содружества Независимых Государств, на территории которого они зарегистрированы (п. а) ст. 11) [33]. Иных коллизионных норм, касающихся гражданско-правового статуса физических лиц, данное Соглашение не содержит.

Большинство двусторонних международных договоров Республики Беларусь о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (далее — двусторонние договоры о правовой помощи), как и указанные конвенции, содержат только коллизионные нормы относительно дееспособности физических лиц (исключение — Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Венгерской Народной Республикой об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 15 июля 1958 г. (далее — Договор с Венгрией) [15], Договор между Республикой Беларусь и Республикой Польша о правовой помощи по гражданским, семейным, трудовым и уголовным делам от 26 октября 1994 г. (далее — Договор с Польшей) [9] и Договор между Республикой Беларусь и Социалистической Республикой Вьетнам о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным, трудовым и уголовным делам от 14 сентября 2000 г. (далее — Договор с Вьетнамом) [14]: в них закреплены коллизионные нормы, объем которых охватывает как дееспособность, так и правоспособность). В качестве единственной коллизионной привязки к дееспособности или правоспособности и дееспособности практически во всех этих договорах закреплена привязка lex patriae. Лишь в пункте 2 статьи 16 Договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Республикой Куба о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 28 ноября 1984 г. (далее — Договор с Кубой) дополнительно содержится иная формула прикрепления — lex loci contractus, которая применима только для определения дееспособности физического лица при заключении мелких бытовых сделок [16].

Согласно пункту 5 статьи 1104 ГК Республики Беларусь, признание физического лица недееспособным или ограниченно дееспособным подчиняется праву страны суда. Сфера действия данного права распространяется на такие вопросы, как основания, порядок и последствия признания данного лица недееспособным или ограниченно дееспособным.

Минская и Кишиневская конвенции, а также Договор между Республикой Беларусь и Сирийской Арабской Республикой о правовой помощи по гражданским и уголовным делам от 23 сентября 2008 г. [13], Договор между Республикой Беларусь и Исламской Республикой Иран о правовой помощи по гражданским и уголовным делам от 7 ноября 2006 г. (далее — Договор с Ираном) [10] и Договор с Венгрией не содержат специального коллизионного регулирования данных вопросов. Договоры с Кубой, Вьетнамом, Польшей, Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Чехословацкой Социалистической Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 12 августа 1982 г. [17], Договор между Республикой Беларусь и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 20 октября 1992 г. (далее — Договор с Литвой) [12] и Договор между Республикой Беларусь и Латвийской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 1 февраля 1994 г. [11] в качестве единственного или общего правила закрепляют в их отношении lex patriae.

Некоторые из указанных договоров допускают применение lex fori в случаях признания судом одной договаривающейся стороны гражданина другой договаривающейся стороны недееспособным или ограниченно дееспособным при соблюдении определенных условий. Так, пунктами 1 и 3 статьи 23 Договора с Вьетнамом установлено, что если суд одной договаривающейся стороны определит, что есть основания для признания недееспособным, ограниченным в дееспособности гражданина другой договаривающейся стороны, имеющего место жительства или место нахождения на территории одной договаривающейся стороны, то он сообщает об этом соответствующему суду другой договаривающейся стороны. Если этот суд заявит, что он предоставляет дальнейшее производство дела суду по месту жительства или месту нахождения этого лица или не выскажется в трехмесячный срок, то суд по месту жительства или месту нахождения этого лица может рассмотреть дело о признании его недееспособным, ограниченным в дееспособности в соответствии с законодательством своего государства, если такие же основания для признания недееспособным, ограниченным в дееспособности предусматривает законодательство договаривающейся стороны, гражданином которой это лицо является [14].

2. Коллизионное регулирование признания физических лиц безвестно отсутствующими, объявления их умершими и установления факта их смерти. Статьей 1105 ГК Республики Беларусь предусмотрено, что признание физического лица безвестно отсутствующим и объявление его умершим подчиняется праву страны суда [5]. В соответствии с данным правом подлежат разрешению такие вопросы, как основания, порядок и последствия признания физического лица безвестно отсутствующим и объявления его умершим и отмены решений о таком признании, последствия явки физического лица, объявленного умершим.

В отличие от ГК Республики Беларусь Минская и Кишиневская конвенции, а также двусторонние договоры о правовой помощи содержат коллизионное регулирование не только признания безвестно отсутствующим и объявления умершим, но и установления факта смерти. Обе конвенции предусматривают, что при рассмотрении этих категорий дел учреждения юстиции государств — участников конвенций должны применять законодательство своих государств (п. 3 ст. 25 Минской [23] и п. 3 ст. 28 Кишиневской конвенции [24]). В двусторонних договорах о правовой помощи в данных целях используется коллизионная привязка lex fori (например, в п. 4 ст. 25 Договора с Венгрией [15], п. 3 ст. 26 Договора с Литвой [12]) либо коллизионная привязка lex patriae (например, в п. 1 ст. 25 Договора с Польшей [9], п. 2 ст. 21 Договора с Ираном [10]).

3. Коллизионное регулирование вопросов, касающихся имени физического лица, в Республике Беларусь содержится только в ГК. Согласно статье 1106 данного Кодекса, права физического лица на имя, его использование и защиту определяются его личным законом, поскольку иное не вытекает из правил, предусмотренных частью 2 пункта 2 и пунктом 4 статьи 18, статьями 1115 и 1132 ГК Республики Беларусь. Из статьи 1106 следует, что вопросы, связанные с именем физического лица, должны разрешаться на основании lex personalis. Вместе с тем в случае рассмотрения споров, связанных с правом физического лица на имя как автора, подлежит применению lex loci protectionis либо право, определяемое параграфом 5 раздела VII ГК Республики Беларусь о договорных обязательствах (ст. 1132 ГК Республики Беларусь). Второе изъятие из упомянутого правила — в пользу lex loci actus — предусмотрено в статье 1115 ГК Республики Беларусь. Поскольку и данная статья, и статья 1106 ГК Республики Беларусь касаются защиты права на имя (в ст. 1115 ГК Республики Беларусь идет речь о защите личных неимущественных прав, а согласно п. 1 ст. 151 данного Кодекса право на имя является личным неимущественным правом), сделать вывод о том, с помощью какой из них необходимо определять право, применимое к соответствующим вопросам, не представляется возможным. На наш взгляд, этот момент нуждается в разъяснении Верховного Суда Республики Беларусь.

Следует также обратить внимание на то, что независимо от того, право какого государства является применимым к вопросам имени физического лица на основании коллизионной привязки lex personalis, подлежат применению нормы законодательства Республики Беларусь об обязанности гражданина принимать необходимые меры для уведомления своих должников и кредиторов о перемене его имени и несении им риска последствий, вызванных отсутствием у этих лиц сведений о перемене его имени, а также о недопустимости приобретения прав и обязанностей под именем другого лица (данные нормы являются императивными в смысле п. 1 ст. 1100 ГК Республики Беларусь).

Помимо изложенного следует отметить, что пункт 2 статьи 1096 ГК Республики Беларусь предусматривает обратную отсылку к праву Республики Беларусь и отсылку к праву третьей страны в случаях применения иностранного права согласно статье 1103, пунктам 1, 3 и 5 статьи 1104 и статье 1106 данного Кодекса. В то же время пункт 3 статьи 1104 ГК Республики Беларусь представляет собой одностороннюю коллизионную норму, в соотяветствии с которой к указанным в ней отношениям подлежит применению право Республики Беларусь. Таким образом, в силу невозможности применения на основании данного пункта иностранного права обратная отсылка к праву Республики Беларусь и отсылка к праву третьей страны также не могут иметь места. В данной связи ссылку в пункте 2 статьи 1096 ГК Республики Беларусь на пункт 3 статьи 1104 указанного Кодекса необходимо исключить.

Проведенное в настоящей статье исследование позволяет сделать вывод о наличии определанных недостатков коллизионного регулирования гражданско-правового статуса физических лиц в Республике Беларусь. С целью их устранения полагаем целесообразным:

1) в пункте 2 статьи 96 ГК Республики Беларусь слова «, пунктам 1, 3, 5 статьи 1104,» заменить словами «, пунктам 1 и 5 статьи 1104,»;

2) предложение третье пункта 1 статьи 1103 ГК Республики Беларусь изложить следующим образом: «Если лицо наряду с гражданством (подданством) одного или нескольких иностранных государств имеет гражданство Республики Беларусь, его личным законом считается право Республики Беларусь.»;

3) пункт 2 статьи 1103 ГК изложить в следующей редакции: «2. Личным законом лица без гражданства считается право страны, в которой это лицо постоянно проживает, а при отсутствии таковой — право страны, в которой это лицо пребывает.»;

4) Верховному Суду Республики Беларусь разъяснить в постановлении Пленума, в каких случаях при рассмотрении судами дел о защите права на имя физического лица должна применяться статья 1106, а в каких — статья 1115 Гражданского кодекса Республики Беларусь.

Список использованных источников

1. Белькова, Е. Г. Правосубъектность граждан в международном частном праве / Е. Г. Белькова // Известия ИГЭА. — 2008. — № 4 (60). — С. 104—108.
2. Богуславский, М. М. Международное частное право: учебник / М. М. Богуславский; Ин-т государства и права Рос. акад. наук, Акад. правовой ун-т. — 5-е изд., перераб. и доп. — М.: Юристъ, 2004. — 602 с.
3. Виноградова, Р. И. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части третьей (постатейный) / Р. И. Виноградова, Г. К. Дмитриева, В. С. Репин; под общ. ред. В. П. Мозолина. — М.: Норма, 2002. — 416 с.
4. Гетьман-Павлова, И. В. Международное частное право: учебник / И. В. Гетьман-Павлова. — М.: Эксмо, 2005. — 749 с.
5. Гражданский кодекс Республики Беларусь: Кодекс Респ. Беларусь от 7 дек. 1998 г. № 218-З: принят Палатой представителей 28 окт. 1998 г.: одобр. Советом Респ. 19 нояб. 1998 г.: текст по сост. на 1 апреля 2015 г. [Электронный ресурс] // ЭТАЛОН. Законодательство Республики Беларусь / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2016.
6. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья): Кодекс Рос. Федерации от 26 нояб. 2001 г. № 146-ФЗ: принят Гос. Думой 1 нояб. 2001 г.: одобр. Советом Федерации 14 нояб. 2001 г.: текст по сост. на 1 апреля 2015 г. [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Россия / ЗАО «Консультант Плюс». — М., 2016.
7. Гражданский кодекс Российской Федерации. Международное частное право. Постатейный комментарий к разделу VI / М. М. Богуславский [и др.]; под ред. П. В. Крашенинникова. — М.: Статут, 2014. — 200 с.
8. Григорьев, В. В. Комментарий к разделу VI «Международное частное право» части третьей Гражданского кодекса РФ (главы 66 «Общие положения», 67 «Право, подлежащее применению при определении правового положения лиц» и 68 «Право, подлежащее применению к имущественным и личным неимущественным отношениям») (постатейный) / В.В. Григорьев [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Россия / ЗАО «Консультант Плюс». — М., 2016.
9. Дагавор памiж Рэспублiкай Беларусь i Рэспублiкай Польшча аб прававой дапамозе i прававых адносiнах па грамадзянскiх, сямейных, працоўных i крымiнальных справах: [подписан в г. Минске 26.10.1994 г.] [Электронный ресурс] // ЭТАЛОН. Законодательство Респ. Беларусь / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2016.
10. Договор между Республикой Беларусь и Исламской Республикой Иран о правовой помощи по гражданским и уголовным делам: [подписан в г. Тегеране 07.11.2006 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
11. Договор между Республикой Беларусь и Латвийской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам: [подписан в г. Минске 21.02.1994 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
12. Договор между Республикой Беларусь и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам [Электронный ресурс]: [подписан в г. Вильнюсе 20.10.1992 г.] // Там же.
13. Договор между Республикой Беларусь и Сирийской Арабской Республикой о правовой помощи по гражданским и уголовным делам: [подписан в г. Дамаске 23.09.2008 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
14. Договор между Республикой Беларусь и Социалистической Республикой Вьетнам о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным, трудовым и уголовным делам: [подписан в г. Минске 14.09.2000 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
15. Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Венгерской Народной Республикой об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам: [подписан в г. Москве 15.07.1958 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
16. Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Республикой Куба о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам: [подписан в г. Гаване 28.11.1984 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
17. Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Чехословацкой Социалистической Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам: [подписан в г. Москве 12.08.1982 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
18. Каменков, В. С. Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Республики Беларусь. Раздел VII. Международное частное право. Глава 75. Коллизионные нормы (статьи 1103—1135) / В. С. Каменков [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс: Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2016.
19. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (учебно-практический). Части первая, вторая, третья, четвертая / С. С. Алексеев [и др.]; под ред. С. А. Степанова. — 2-е изд., перер. и доп. — М.: Проспект; Екатеринбург: Ин-т частного права, 2009. — 1504 с.
20. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части третьей (постатейный) / отв. ред. Н. И. Марышева, К. Б. Ярошенко. — 3-e изд., испр. и доп. — М.: Контракт, 2010. — 672 с.
21. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части третьей / Ин-т государства и права РАН;
Т. Е. Абова [и др.]; под ред. Т. Е. Абовой, М. М. Богуславского, А. Г. Светланова. — М.: Юрайт-Издат, 2004. — 486 с. [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Россия / ЗАО «Консультант Плюс». — М., 2016.
22. Комментарий к части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации (постатейный) / Г. Е. Авилов [и др.]; отв. ред. А. Л. Маковский, Е. А. Суханов. — М.: Юристъ, 2002. — 538 с. [Электронный ресурс] // Там же.
23. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам: [подписана в г. Минске 22.01.1993 г.] [Электронный ресурс] // ЭТАЛОН. Законодательство Респ. Беларусь / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2016.
24. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам: [подписана в г. Кишиневе 07.10.2002 г.] [Электронный ресурс] // Там же.
25. Международное частное право: учебник: в 2 т. / А. И. Абдуллин [и др.]; отв. ред. С. Н. Лебедев, Е. В. Кабатова. — М.: Статут, 2011. — Т. 2: Особенная часть [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Россия / ЗАО «Консультант Плюс». — М., 2016.
26. Новиков, В. В. Личный закон и национальность иностранных лиц в России / В. В. Новиков // Вестн. Санкт-Петерб. ун-та МВД России. — 2006. — № 3 (31). — С. 95—99.
27. Об утверждении Положения о порядке рассмотрения вопросов гражданства Российской Федерации: Указ Президента Рос. Федерации от 14 нояб. 2002 г. № 1325 [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Россия / ЗАО «Консультант Плюс». — М., 2016.
28. О гражданстве Республики Беларусь: Закон Респ. Беларусь от 1 авг. 2002 г. № 136-З [Электронный ресурс] // ЭТАЛОН. Законодательство Респ. Беларусь / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2016.
29. О правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства в Республике Беларусь: Закон Респ. Беларусь от 4 янв. 2010 г. № 105-З [Электронный ресурс] // Там же.
30. Подгруша, В. В. Правовой статус физических лиц в коллизионных нормах Гражданских кодексов Беларуси и России [Электронный ресурс]: [по состоянию на 01.06.2003 г.] / В. В. Подгруша [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс: Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2016.
31. Про міжнародне приватне право: Закон України від 23 чэрв. 2005 р. № 2709-IV [Электронный ресурс] // Верховна Рада України: офіційний веб-портал. — Режим доступа: <http://zakon5.rada.gov.ua/laws/show/2709-15>. — Дата доступа: 07.03.2016.
32. Решение № 01-1/3-2001 Экономического суда Содружества Независимых Государств от 15 янв. 2002 г. [Электронный ресурс] // Верховна Рада України: офіційний веб-портал. — Режим доступа: <http://zakon0.rada.gov.ua/laws/show/997_372>. — Дата доступа: 07.03.2016.
33. Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности: [подписано в г. Киеве 20.03.1992 г.] [Электронный ресурс] // ЭТАЛОН. Законодательство Респ. Беларусь / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2016.
34. Толстых, В. Л. Международное частное право: коллизионное регулирование / В. Л. Толстых. — СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2004. — 526 с.
35. Act on the General Rules of Application of Laws: Act N 78 of 2006, entry into force on January 1, 2007 [Electronic resource] // Private International Law Association of Japan. — Mode of access: <http://www.pilaj.jp/text/tsusokuho_e.html>. — Date of access: 07.03.2016.
36. Code de droit international privé: Loi N° 98-97 du 27 Novembre 1998 [Electronic resource] // Portail de la Justice en Tunisie. — Mode of access: <http://www.e-justice.tn/fileadmin/fichiers_site_francais/codes_juridiques/code_droit_intern_prive_fr.pdf>. — Date of access: 07.03.2016.
37. Milletlerarasi özel hukuk ve usul hukuku hakkinda kanun, 27/11/2007, N 5718 [Electronic resource] // Mevzuatı Geliştirme ve Yayın Genel Müdürlüğü. Mevzuat Bilgi Sistemine. E.mevzuat. — Mode of access: <http://www.mevzuat.gov.tr/MevzuatMetin/1.5.5718.pdf>. — Date of access: 07.03.2016.
38. Private international act of April 7, 2001, entered into force on July 1, 2001 [Electronic resource] // Ministry of Government Legislation. — Mode of access: <http://www.moleg.go.kr/english/korLawEng?pstSeq=52687>. — Date of access: 07.03.2015.

Статья поступила в редакцию в апреле 2016 г.

 
 
Конкурc творческих работ
3
2
1
Телефоны "горячей линии"
Памятка для украинцев