Версия для печати
Журнал международного права и международных отношений. 2017. № 1-2 (80-81). С. 71—76.
Journal of International Law and International Relations. 2017. N 1-2 (80-81). P. 71—76.

международные отношения

Особенности формирования белорусской диаспоры в России

Денис Тарас

Автор:
Тарас Денис Анатольевич — соискатель кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета, e-mail: da_taras@tut.by
Белорусский государственный университет. Адрес: 4, пр. Независимости, Минск, 220030, БЕЛАРУСЬ

Рецензенты:
Иоффе Эммануил Григорьевич — доктор исторических наук, профессор политологии и права Белорусского государственного педагогического университета имени Максима Танка
Селиванов Андрей Владимирович — кандидат исторических наук, заместитель декана факультета международных отношений Белорусского государственного университета

Статья посвящена истории формирования белорусской диаспоры на территории России. Автор выделил основные этапы данного процесса и их особенности. Вопросы, связанные с изучением истории белорусской диаспоры в России, по-прежнему являются актуальными, поскольку в современных условиях роль диаспор в экономической, социальной, интеллектуальной сферах постоянно растет и является одним из важных связующих между государством и обществом. Исследование политических, этно-культурных и социальных аспектов деятельности белорусов в России способствует пониманию значения и места национальных диаспор в межгосударственных отношениях в настоящее время.

Ключевые слова: белорусская диаспора; белорусская нация; Великое княжество Литовское; диаспоральная политика; миграционные процессы; Московское государство; Речь Посполитая; Республика Беларусь; Российская империя, Российская Федерация; этническая идентичность.


«Features of the Belarusian Diaspora Formation in Russia» (Denis Taras)

The article is dedicated to the history of the Belarusian diaspora formation on the territory of Russia. The author outlined the main stages of this process and their peculiarities. Issues related to the study of the history of Belarusian diaspora in Russia are still relevant, as far as the role of diasporas in current conditions in economic, social, intellectual spheres is constantly increasing. Diaspora is now one of the most important links between the state and society. The study of political, ethno-cultural and social aspects of activities of the Belarusians in Russia promotes understanding of the significance and place of national diasporas in the interstate relations at present.

Keywords: Belarusian diaspora; Belarusian nation; diaspora policy; ethnical identity; Grand Duchy of Lithuania; migration processes; Moscow State; Republic of Belarus; Russian Empire, Russian Federation; Rzeczpospolita.

Author:
Taras Denis — post-graduate student of the Department of International Relations of the Faculty of International Relations, Belarusian State University, e-mail: da_taras@tut.by
Belarusian State University. Address: 4, Nezavisimosti ave., Minsk, 220030, BELARUS

 


Белорусская диаспора представляет собой один из наиболее многочисленных этно-культурных пластов в многонациональном российском сообществе. Автор данной статьи ставил перед собой цель — проследить основные этапы формирования белорусской диаспоры в российском государстве и отметить их основные исторические особенности.

Среди отечественных исследователей, занимающихся проблемами белорусской диаспоры в России, следует отметить О. Гордиенко [2], М. Бича, В. Орлова [3], Н. Сергеева [8], Г. Сергееву [12; 13], В. Е. Снапковского [9] и др. Информация по исследуемой проблеме частично отражена и в российских научных изданиях. При написании статьи автором рассматривались также работы Н. И. Комашко [6], О. В. Солоповой [10]. Широко были задействованы ресурсы сети Интернет. По мнению автора, историческим аспектам процесса формирования белорусской диаспоры на территории России исследователями уделяется недостаточно внимания.

В современных условиях термин «диаспора» все чаще появляется в словаре государственных, политических и общественных деятелей государств, возникших после распада СССР. Каждое из постсоветских государств проводит собственную «диаспоральную» политику и стремится использовать зарубежные общности соплеменников в своих интересах. Необходимо отметить, что в научной среде по-прежнему нет однозначного толкования этого понятия, а его дефинициональные рамки весьма размыты. Смысловое содержание словосочетания «белорусская диаспора» изначально обусловливается историей формирования белорусской нации и государственности. Без детального и комплексного анализа этих процессов невозможно разобраться в проблеме и представить целостную картину.

В современной белорусской политологии «диаспора» (от греч. diaspora — рассеяние) — часть народа (этническая общность), проживающая вне страны своего происхождения, своей исторической родины. Диаспоры образовались в результате сочетания целого ряда как естественных, так и искусственных причин: неурожаи, голод, истощение и нехватка плодородных пахотных земель, насильственное выселение, изменения государственных границ, воздействие политических и социально-экономических факторов (войны, межконфессиональные и социальные конфликты, безработица и т. д.).

В исторической и политических науках, а также в других научных дисциплинах использование весьма условного термина «диаспора» предполагает обязательное наличие сопровождающих категорий, но при этом также не менее условных. Прежде всего, это относится к категории этнической родины для той или иной этнической группы. Один из ведущих американских специалистов по проблемам этничности У. Коннор дает определение диаспоры как «сегмента населения, живущего за пределами родины». Это определение практически совпадает с доминирующим в российской историографии подходом [14, с. 48].

Обычно в качестве исторической родины (метрополии) выступает страна или же регион, где сформировался традиционный историко-культурный и этно-исторический облик диаспоральной группы и где продолжает проживать титульный, культурно схожий с ней массив.

Этно-исторические групповые миграции, смещение этнической идентичности и подвижность политической лояльности зачастую вызывают разночтения при определении исторической родины. Тем не менее, это понятие является весьма распространенным в общественно-политических дискурсах. Безусловно, при этом возникают проблемы с четкой академической дефиницией, но, даже признавая некую условность терминологии, можно выработать устойчивый набор характеристик, которые будут выделять или отличать феномен диаспоры. Другими словами диаспора — это фактически наши предки, которые были рассеяны из ведущего «изначального» центра в зарубежные страны и регионы. Необходимо отметить, что в процессе «рассеяния» могли создаваться новые периферийные центры, где представители диаспоры становились одной из ключевых этно-социальных групп.

В связи с тем, что современные белорусские общины за рубежом представляет собой чрезвычайно разноплановые явления, наиболее точным представляется определение диаспоры, данное российским ученым-антропологом В. А. Тишковым: «Диаспора — это культурно отличительная общность на основе представления об общей родине и выстраиваемых на этой основе коллективной связи, групповой солидарности и демонстрированного отношения к родине. Если нет подобных характеристик, значит, нет и диаспоры» [14, c. 50].

Белорусская диаспора — органически неотъемлемая часть белорусского народа, которая живет вне границ Беларуси. На рубеже XX—XXI вв. за пределами Республики Беларусь проживали, по некоторым данным, почти 3,5 млн наших соотечественников [2].

В разных исторических условиях миграция населения белорусских этнических земель была вызвана экономическими, политическими, военными, религиозными и другими причинами. Миграция в период Позднего средневековья чаще всего представляла собой отъезд из Великого княжества Литовского (ВКЛ) недовольных его внутренней политикой представителей высшего сословия (магнатов). Естественной эмиграции на данном этапе из белорусских земель содействовали созданные в ВКЛ правовые основы. Согласно Привелею 1447 г. великого князя ВКЛ Казимира IV (позже закрепленному в Статуте ВКЛ 1529 г.), князья, рыцари, шляхта и бояре могли оставлять государство «для лепшого щастья набытья» и обучения военному искусству [11].

Статуты ВКЛ 1566 и 1588 гг. подтвердили и окончательно закрепили право свободных людей разных сословий на получение образования, обучение ремеслу и лечение за границей. Многие из таких эмигрантов, которые выезжали в заграничные страны, активно содействовали расширению просвещения и книгопечатания (Ф. Скорина, П. Мстиславец, С. Полоцкий, И. Копиевич и др.) [3].

Книгопечатание в Москве основали наши талантливые сородичи Иван Федорович (Федоров) и Петр Мстиславец. Огромную роль в развитии культуры Московского государства сыграл в XVII в. белорусский просветитель, поэт, драматург и общественный деятель Симеон Полоцкий. Он создал проект Славяно-греко-латинской академии — первого в России высшего учебного заведения. Впоследствии благодаря трудам С. Полоцкого стало возможным профессиональное обучение в России основам стихосложения. С. Полоцкий стал первым в России профессиональным писателем, участвовавшим в подготовке полного русского перевода Библии. Высокообразованный уроженец Полоцка стоял у истоков первого в России театра и открыл в Москве независимую от патриаршей цензуры типографию.

В ХVІ—ХVІІ вв. выезд за границу был вызван усилением национально-религиозного противостояния ВКЛ и Речи Посполитой. Это фактически было вызвано борьбой, развернувшейся на европейской арене между сторонниками Реформации и Контрреформации, между папистами и протестантами, а на землях ВКЛ в этом конфликте участвовала и третья сила — приверженцы греческой веры.

В 1569 г. между Великим княжеством Литовским и Польским королевством была заключена Люблинская уния, в результате чего на карте Европы появилось новое федеративное государство — Речь Посполитая. Несмотря на ряд успехов на внешнеполитической арене в новом государственном объединении уже в конце XVI в. обострились социально-экономические противоречия между мещанами, крестьянством и мелкой шляхтой, с одной стороны, и крупной магнатерией и духовенством — с другой. Фактически эти конфликты являлись своего рода отражением социальных катаклизмов, поразивших общественные институты ВКЛ и Речи Посполитой в данный период.

В ХVІІ—ХVІІІ вв. Речь Посполитая стала стремительно слабеть и уступать свои внешнеполитические позиции другим государствам. Белорусские земли являлись ареной жестоких войн, многие жители становились беженцами или же их массово вывозили в глубь Российской империи. При этом необходимо отметить, что нередко белорусы по своей воле покидали пределы исторической родины и отправлялись на службу московскому государю, надеясь получить привилегии и сделать карьеру. Выходцы из Беларуси — переселенные шляхта, ремесленники, крестьяне и торговцы, содействовали хозяйственному освоению недавно приобретенных огромных по своей площади территорий Поволжья и Сибири. Переселенцы-белорусы и их потомки стали фактически пионерами в области этно-географического изучения новых колонизированных Россией земель. Они жили и работали среди коренных народов Сибири, Приуралья, Чукотки, Камчатки (А. Каменский, Л. Сеницкий и др.) [3].

Белорусы оставили глубокий след и в культурной традиции России, обогащая культурную жизнь в местах своего проживания. Особую роль в Московском государстве стали играть белорусские мастера с середины XVII в., когда они прибывали в массовом порядке из Великого княжества Литовского, где уже долгие годы шли активные военные действия (войны Речи Посполитой с Московским государством и Швецией) и сложилась непростая конфессиональная ситуация. Московские чиновники белорусами (белорусцами) называли православных подданных ВКЛ, в то время как униатов и католиков считали соответственно литвинами и поляками. Эти мастера составляли лишь малую часть огромного потока переселенцев и беженцев из белорусских земель, который хлынул в Россию в 50-е гг. XVII в. Правительство Московского государства, крайне заинтересованное в притоке нового населения на свои земли, не выдавало беглецов Великому княжеству Литовскому. Нередко в белорусах видели единоверцев, ищущих защиты и покровительства у православного государя от притеснений и гонений со стороны «латинян» [6].

Пристальный интерес к выходцам из белорусских земель легко объясняется тем, что они владели в совершенстве многими ремеслами и технологиями, которых в Москве попросту не знали или же существовала острая нехватка редких специалистов. Среди мастеров такого рода были оружейники, столяры, токари, мастера часового и типографского дела, переплетчики, мастера стекольного дела, строители, живописцы, ювелиры и многие другие. Уровень их мастерства был весьма быстро оценен по достоинству. В белорусские земли вскоре стали специально посылать государевых людей для вербовки на службу русскому царю местных ремесленников. По царскому указу в Москву брались «из Вильны, из Полоцка, из Витебска, из Смоленска розных дел мастеровые люди с женами и с детьми на вечное житье». Тех, кого определяли для работы при царском дворе, сперва приводили к вере — они обязаны были подтвердить свое православное вероисповедание [6]. Затем мастеровым людям устанавливался денежный оклад. На оплату приезжих мастеров не скупились и платили весьма неплохо, поощряя тем самым их желание навечно остаться и работать на процветание Московского государства. Следует отметить, что большинство прибывших в Москву иноземцев, в том числе и белорусов, обрело впоследствии в России свою вторую родину.

Однако помимо целенаправленной вербовки мастеров на государеву службу белорусы попадали в Московское государство и другими путями. Кроме тех, кто бежал сам под покровительство московского государя, десятки тысяч белорусов были уведены в пределы Московской Руси в качестве пленников московскими боярами и дворянами. Их селили по всей территории государства, начиная с пограничных с ВКЛ городов и вплоть до Новгорода. Безусловно, наиболее значительный их приток был характерен для Москвы, где во второй половине XVII в. выходцы из белорусских земель составляли не менее 10 % посадского населения [1, с. 224]. Многие белорусы расселялись в пределах Москвы по профессиональному признаку (Бронная, Гончарная слободы и др.). Основная же часть переселенцев жила в специально организованной в 1672 г. для этих целей Мещанской слободе, которая находилась в ведении Посольского приказа [1, с. 217].

Талантливые белорусские мастера-ремесленники принесли в российское государство свою оригинальную технику скульптурной резьбы по дереву, получившую название «белорусская резь», и технологию изготовления декоративных многоцветных изразцов (цветная эмаль). Их работы имели свои выразительные, запоминающиеся мотивы и стиль.

Во второй половине XVII в. мастера-ремесленники из Полоцка, Витебска, Орши, Могилева и других городов работали в Оружейной палате, занимались отделкой Кремля, украшали Коломенский дворец, Новодевичий, Донской и Ново-Иерусалимский монастыри.

Разделы Речи Посполитой 1772, 1793 и 1795 гг., присоединение белорусских земель к Российской империи и вызванный этими событиями всплеск национально-освободительного движения на территории ВКЛ предопределили политические причины новых массовых миграций уроженцев Беларуси. Опасаясь репрессий со стороны царского правительства, белорусские земли покинули тысячи участников восстаний Костюшко 1794 г., 1830—1831 гг., Калиновского 1863—1864 гг. Вынуждены были уехать на чужбину сторонники воссоздания ВКЛ, участвовавшие в 1812 г. в походе Наполеона против России. Они рассеялись по всему миру: некоторые включились в освободительное и революционное движение в Европе и Америке (Т. Костюшко, В. Врублевский, М. Судзиловский, З. Минейко и др.), другие содействовали развитию культуры и науки в странах своего проживания, обогащая тем самым и белорусское культурное наследие (И. Домейко, Г. Дмаховский, Н. Орда, А. Рыпинский, К. Йельский и др.) [см.: 9].

Ряд наших соотечественников добились высокого положения в России, занимая важные государственные и военные должности, многие стали основателями купеческих династий. Так, среди белорусских поселенцев Мещанской слободы быстро выделилась группа богатых купцов. В 1678 г. из их числа 14 купцов были взяты в Гостиную сотню. Иван Исаев (из Дубровно) и Матвей Григорьев (из Мстиславля) были удостоены звания «гостя», и им были дарованы особые привилегии. В дальнейшем их семьи играли видную роль в торгово-финансовых кругах российского государства. В 1720 г. сын Ивана Исаева (Илья) стал президентом магистрата Санкт-Петербурга, а с 1731 г. — вице-президентом коммерц-коллегии. С 1758 г. Яков Григорьев (сын Матвея Григорьева) являлся президентом коммерц-коллегии [1, с. 105].

Согласно данным переписи 1897 г., в Российской империи за пределами губерний с преобладающим белорусским населением (Виленской, Витебской, Гродненской, Могилевской, Минской) проживало более 500 тыс. белорусов [5, с. 329]. Белорусская диаспора на востоке пополнялась прежде всего за счет нелояльных царскому режиму представителей шляхты, разночинной интеллигенции, участников национально-освободительного и революционного движения, отправленных в ссылку на поселение. Среди таких переселенцев были И. Черский, Э. Пекарский, А. Янушкевич и др., занимавшиеся исследованием природы, быта, традиций народов Сибири, Дальнего Востока и Казахстана [3].

Первая волна массовой рабочей миграции белорусского населения в регионы Российской империи прокатилась на рубеже ХІХ—ХХ вв. Она ускорила процесс формирования белорусской диаспоры за границами Отечества.

К началу Первой мировой войны из Беларуси только в Сибирь по экономическим причинам переселилось более 700 тыс. человек [3]. Среди крестьян этот процесс был вызван столыпинской аграрной реформой. Для переселенцев выделялись средства на проезд, выдавались краткосрочные кредиты и безвозмездные денежные ссуды; формировались специальные поезда, готовились пункты приема и распределения. Всего с 1907 по 1914 г. из Беларуси переселилось в Сибирь 335 366 человек [7, с. 418].

Первая мировая война 1914—1918 гг., Февральская и Октябрьская революции 1917 г., германская и польская оккупация территории Беларуси вызвали новый серьезный отток белорусского населения в центральные и восточные регионы России. В 1915 г. во время отступ-
ления русской армии происходила массовая эвакуация населения с территорий, оставляемых германским войскам. По различным сведениям, около 2 млн жителей белорусских губерний переселилось в Петроградскую, Московскую, Калужскую, Пензенскую, Рязанскую, Самарскую и другие губернии [15, с. 339].

В 1916—1920 гг. были созданы и действовали организации по поддержке беженцев — Белорусское товарищество в Петрограде по оказанию помощи потерпевшим от войны, Белорусско-украинский комитет помощи жертвам войны в Барнауле, Белорусская беженская комиссия в Гомеле. Кроме того, в различных городах вели свою деятельность белорусские организации общественно-культурной направленности — «Белорусская хатка» в Орле, Белорусский национальный кружок в Богородицке (Тульская обл.), Белорусское железнодорожное общество в Москве, Белорусское вольно-экономическое товарищество в Петрограде и некоторые другие [8].

Из БССР в 1926—1938 гг. в другие регионы СССР переселилось более 600 тыс. человек (плановый набор рабочей силы, депортации, политические репрессии и др.). Рассеянные по всей территории страны белорусы создали ряд общественных, культурно-просветительских организаций, которые в 1930-е гг. были уничтожены властями [3].

Вторая мировая война стала причиной новых массовых миграционных процессов. С осени 1939 по июнь 1941 г. 1170 тыс. поляков, белорусов, украинцев, представителей других национальностей Западной Беларуси и Западной Украины, присоединенных к СССР, были депортированы в северные и восточные регионы Советского Союза [12, с. 286]. В 1941—1945 гг. около 1,5 млн жителей БССР были эвакуировано в восточные области СССР [3].

В 60—70-е гг. XX в. тысячи молодых людей из БССР по комсомольским путевкам, послевузовскому распределению и оргнабору отправлялись на строительство промышленных предприятий и городов в Сибирь и на Дальний Восток. После распада СССР за период с 1992 по 1997 г. из Российской Федерации в Республику Беларусь на постоянное место жительства переехали 97 тыс. белорусов, остальные приняли российское гражданство [8].

По данным последней переписи населения, проведенной в 2010 г., в Российской Федерации проживали 521 400 белорусов [4]. Наиболее многочисленные белорусские общины находятся в Москве, Санкт-Петербурге, Московской, Тюменской, Екатеринбургской, Калининградской областях, Карелии, Республике Коми и Ханты-Мансийском автономном округе. На сегодняшний день в России функционирует около 80 белорусских общественных организаций [10].

Таким образом, можно выделить как минимум пять основных этапов в процессе формирования белорусской диаспоры в России.

Первый этап (XV—XVIII вв.):

— миграции населения, вызванные межконфессиональными и социально-политическими противоречиями в ВКЛ и Речи Посполитой, многочисленными военными конфликтами с Московским (позднее Российским) государством.

Второй этап (конец XVIII — начало XX в.):

— разделы Речи Посполитой, национально-освободительные восстания 1794, 1830—1831, 1863—1864 гг., приведшие к переселению значительного числа белорусов в центральные и восточные регионы России;

— начало массовой трудовой миграции белорусов в результате проведения столыпинской аграрной реформы (1906—1911 гг.).

Третий этап (1914—1939 гг.):

— Первая мировая война (1914—1918 гг.), Февральская и Октябрьская революции 1917 г., гражданская война, германская и польская оккупация привели к активному перемещению населения белорусских земель на восток;

— осуществление советской властью политики коллективизации, рабочая миграция и репрессивные меры в отношении значительной части белорусского населения по социально-классовым признакам.

Четвертый этап (1939—1945 гг.):

— 1939—1941 гг. — массовые депортации населения Западной Беларуси в северные и восточные области СССР;

— эвакуация населения в восточные регионы СССР после нападения Германии 22 июня 1941 г.

Пятый этап (1945 г. — по настоящее время):

— рабочая миграция белорусов по территории СССР;

— в результате распада в 1991 г. СССР и образования Республики Беларусь белорусы, проживавшие в Российской Федерации, стали фактически частью белорусской диаспоры;

— в результате сложных социально-экономических условий значительное число белорусов оказалось в качестве трудовых мигрантов на территории России. Данный процесс продолжает развиваться и в настоящее время;

— миграция белорусской творческой и научной интеллигенции в крупные города России (прежде всего в Москву, Санкт-Петербург и др.)

Учитывая, что в России проживает значительная часть этнических белорусов, необходимо проведение на государственном уровне взвешенной диаспоральной политики, которая бы позволила Беларуси эффективно использовать их культурный, научный и экономический потенциал.

Список использованных источников

1. Абецедарский, Л. С. Очерки русско-белорусских связей второй половины XVI—XVII вв. / Л. С. Абецедарский. — Минск: Выш. шк., 1978. — 256 с.
2. Гардзіенка, А. Беларуская дыяспара. Сучасныя праблемы і перспектывы / А. Гардзіенка [Электронны рэсурс] // Згуртаванне беларусаў свету «Бацькаўшчына». — Рэжым доступу: <http://zbsb.org.sofia.neolocation.net/node/1113>. — Дата доступу: 25.07.2016.
3. Гістарычны шлях беларускай нацыі і дзяржавы / М. Біч [і інш.]; рэдкал.: У. Арлоў [і інш.] [Электронны рэсурс] // Згуртаванне беларусаў свету «Бацькаўшчына». — Рэжым доступу: <http://zbsb.org.sofia.neolocation.net/node/1140>. — Дата доступу: 06.07.2016.
4. Гуманитарное сотрудничество [Электронный ресурс] // Посольство Республики Беларусь в Российской Федерации. — Режим доступа: <http://www.embassybel.ru/belarus-russia-relations/associations/>. — Дата доступа: 10.08.2016.
5. Дыяспара // Энцыклапедыя гісторыі Беларусі. У 6 т. Т. 3. — Мінск: БелЭн, 1996. — С. 328—336.
6. Комашко, Н. И. Белорусские мастера в Московском государстве второй половины XVII века / Н. И. Комашко [Электронный ресурс] // Электронная библиотека по истории древнерусской архитектуры «РусАрх». — Режим доступа: <http://rusarch.ru/komashko1.htm>. — Дата доступа: 15.09.2016.
7. Нарысы гісторыі Беларусі. У 2 ч. Ч. 1 / рэдкал.: М. П. Касцюк (гал. рэд.) [і інш.]. — Мiнск: Беларусь, 1994. — 527 с.
8. Сергеев, Н. М. Белорусская диаспора и Русский мир: история взаимоотношений и перспективы / Н. М. Сергеев [Электронный ресурс] // Материк: информационно-аналитический портал постсоветского пространства. — Режим доступа: <http://www.materik.ru/rubric/detail.php?ID=17181&SECTION_ID=4>. — Дата доступа: 12.08.2016.
9. Снапковский, В. Е. Белорусская эмиграция / В. Е. Снапковский // Белоруссия и Россия: общества и государства. — М., 1997. — С. 88—105.
10. Солопова, О. В. Этнокультурная и национальная идентичность белорусов Москвы в конце ХХ — начале XXI века / О. В. Солопова [Электронный ресурс] // Информационно-аналитический центр. — 11.12.2016. — Режим доступа: <http://www.ia-centr.ru/expert/3196/>. — Дата доступа: 21.10.2013.
11. Статут Великого княжества Литовского 1529 года [Электронный ресурс] // Восточная литература. — Режим доступа: <http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Litva/XVI/1520-1540/Statut1529/framevved.htm>. — Дата доступа: 26.07.2016.
12. Сяргеева, Г. Беларуская дыяспара у гады Другой сусветнай вайны / Г. Сяргеева // Беларусiка-Альбарутэнiка 6: Беларусь памiж Уcходам i Захадам. Ч. 1. — Мінск: Навука і тэхніка, 1997. — С. 286—292.
13. Сяргеева, Г. Г. Беларуская дыяспара у новых незалежных дзяржавах: нацыянальна-культурны аспект / Г. Г. Сяргеева // Becцi Акад. навук Беларусi. Сер. гуманітар. навук. — 1997. — № 3. — C. 52—53.
14. Тишков, В. А. Исторический феномен диаспоры / В. А. Тишков // Этнограф. обозрение. — 2000. — № 2. — С. 43—63.
15. Энцыклапедыя гicтopыi Беларусi. У 6 т. Т. 1 / рэдкал.: М. В. Біч [і інш.]. — Мінск: Беларус. энцыкл., 1993. — 494 с.

Статья поступила в редакцию в феврале 2017 г.

 
 
Конкурс научных работ
3
2
1
Телефоны "горячей линии"
Памятка для украинцев